Как остро жало фонарей!
И как прохожие рассеянны…
К Тебе Хочу!
Домой!
Скорей!
В Наш Дом…
Где Счастье Двух Людей
Сильнее,
Чем Несчастье Времени.

ВПЕРВЫЕ произведение шведского хореографа Матса Эка стало репертуарным в русском балетном театре. Невозможное стало возможным благодаря художественному руководителю балетной труппы Большого театра Сергею Филину. Он вдохновил Матса Эка на работу в Большом и, сев с хореографом за «предпремьерный стол переговоров», выбрал опус наиболее подходящий для освоения труппой. Во внимание принимались в первую очередь два фактора: возможность стопроцентного освоения сложного незнакомого артистам материала и нового языка тела; раскрытие как можно большего количества артистических индивидуальностей. В результате «сошлись на «Квартире». Её жителями стали девятнадцать артистов Большого самого разного ранга и возраста, а также приглашённая солистка труппы Диана Вишнёва.

Раскрытие творческого потенциала артистов сомнений не вызывает. Жизнь «квартирантов» одна другой ярче.
«Судьбой» Яна Годовского стала хореографическая новелла «Телевизор»  – о человеке, которому одиночество комфортно, как утроба матери. Соло начинается с эмбрионной складочки: ноги танцовщика движутся водянисто-мягко, и постепенно подводятся к голове. Артист рассказывает о своём герое с чисто чеховской меткой иронией и с чисто гоголевской сердечностью.
Кто он: свободолюбивый и властный, или разочарованный и одинокий? Человек, задушенный мнением общественности, или, задушившая общественность своим равнодушием, случайно выжившая в безличностном мире Личность, немую власть которой уже никто не может оспорить… потому что давно уже никто не слышит…?
Потерявший чувство реальности «герой Телевизора» Семёна Чудина трогателен до слёз. Реальная жизнь перестала существовать для застенчивого сумасшедшего полумужчины-полуребёнка. Маленький Наполеон считает, что способен управлять виртуальной действительностью (которая стала для него единственной реальностью) и получает от этого «Дозу… счастья...» Своё тело Чудин настроил на волну Эка идеально. Оно тянется как резинка, находя равновесие между лёгкостью и силой. Ноги как у куклы с чудо-шарнирами – амплитуда их движения бесконечна.

У героини новеллы «Биде» Кристины Карасевой мечта очень простая, но почему-то неосуществимая – она мечтает о любящем мужчине. Но… не любима, не нужна, обруганна в прямом и в переносном смысле. Обречённая на пустые сексуальные фантазии, она с измождённым вожделением танцует вокруг биде, в буквальном смысле слова «уходит в него с головой» в поисках живительной влаги… Несмотря на физеологическую откровенность новеллы, героиня Кристины Карасевой поэтична – тёмная дождливая печаль в светлых глазах, тело потеряно в затянувшейся разлуке с самим собой.
Анна Балукова в этой же роли эмоционально намного жёстче – в ней чувствуется глубокое психическое расстройство, депрессивное равнодушие ко всему и всем. Действия, движения, танец безумно автоматичны.
На какое-то время два одиночки (героиня новеллы «Биде» и герой новеллы «Телевизор») сталкиваются в одном пространстве. И эта их мимолётная встреча вдруг больно обнажает всю жалость их существования в этом мире, всю их ненужность, заброшенность и  тотальную невозможность быть услышанными «Громкоговорителем-Обществом». Когда они вновь расходятся сердце зрителя даже чувствует некоторое облегчение… из-за избавления от невозможно сильного сопереживания.
Герой Игоря Цвирко попал под магическую власть умиротворённо-безразличных «Девушек-Время» (Ксении Сорокиной и Анны Ребецкой), затянувших его в «Странную игру». С материнской лаской раскачивают девушки люльку часов жизни человека, который стоит перед ними, как преданное доверчивое животное, а потом скрываются с наивно безвинным видом, оставляя человека доигрывать свою жизнь как придётся…
Участие Андрея Меркурьева в балете «Квартира» ещё раз подтвердило то, что современные балеты это то, чему артист на данном этапе своего творческого пути должен уделять особое внимание. Его тело отлично передаёт внутренние посылы хореографии Эка, живёт с нею в одном ритме, а главное, в одних понятиях о свободе, оно впитывает энергетику хореографа и делает её своей. В дуэте Андрея Меркурьева с эксцентричной леди-пацанёнком (ЯнинойПариенко) вкус беззаботной страсти романов Саган. Экспрессивная парочка разочарованных оптимистов. Чувства для них – еда… –  о них не плачут, уже полакомившись. Отношения оказываются внезапными, свежими и короткими, как всё весеннее. Финальное одиночество иронично-легко.  

Я потеряла много дней
В любви, разгаданной неверно,
И это, может быть, страшней,
Чем все случайности Вселенной,
И невозвратность всё быстрей,
И мимолётность
                          слишком откровенна,
Оглашенная я
                           у вчерашних дверей,
Запечатанных словом: «Бесценно»…

С «Дверью» связаны самые романтичные истории «Квартиры». У двух исполнительниц разные. История Дианы Вишнёвой о «несовпадении времени любви». Он входит в Её сердце не стучась, проходит сквозь запертую для всех дверь. Она смотрит на него с недоумением, с диким первобытным страхом (этот момент Диана делает пластически очень выразительным – упруго, ритмично подпрыгивая на корточках, работая только «пружиной» стоп, она будто превращается в какое-то иное существо – предмет или животное… ). По ходу развития диалога Он незаметно приручает Её своей тихой искренностью, а потом, не спрашивая разрешения, уходит так же внезапно, как пришёл. И чувства меняются местами: уже Она кидается ему вдогонку… со всей силой только что родившейся любви, только что открытого сердца… и Он, скоро и небрежно соглашаясь дать ей руку помощи, резким движением отрывает её от корней прошлой жизни, от боязливого одиночества, за дверью которого Она так долго пряталась. В финальном объятии героев новеллымы «слышим» Её первый осознанный счастливый вздох «по ту сторону замкнутости» – и понимаем, что сердцу иногда нужно потерять любовь, чтобы начать говорить и дышать в полный голос.
У Марианны Рыжкиной героиня иная, соответственно, и новелла читается иначе. Её девушка слишком влюблённая и даже немного смешная, но такая искренняя, такая чистая, что за эту её искренность и чистоту всё ей прощаешь.Она заставляет себя любить с настойчивостью ребёнка, не ведающего того, что не все желания в жизни осуществимы, с восторженностью юного щенка, который валит хозяина с ног своей лаской. Вынужденные «неответы» смущают и мучают только невлюблённого партнёра, но не её, лишённую гордости «во имя Любви». И чудо случается. Когда Он уже собирается уйти навсегда, его останавливает внезапное желание… позвать Её с собой, потому что… она уже забрала его сердце. Он оборачивается…и онакидается к нему! окольцовывая его шею объятием бесконечной любви.
Как не удивительно, но партнёром обеих балерин выступил один танцовщик – Денис Cавин. Он смог подстроиться под двух своих абсолютно разных партнёрш и дал одной роли двойную жизнь.
Мысль о «вымышленных границах», мешающих человеку жить так, как он хочет, ярко прочитывается и в тот момент, когда поперёк сцены натягивается несчётное количество «аварийных лент», вынуждающих людей передвигаться с осторожностью, с напряжением, с опаской. А мгновение спустя непреодолимые запреты уже лежат лёгкими покорными волнами на сцене, напоминая праздничный серпантин… – ироничная философия Эка…

Танец Марии Александровой (хореографическая новелла «Плита») более всех заставляет заметить значение «FLESHQUARTET», как одного из жителей «Квартиры». Он эротически вдохновенен. В нём красота с привкусом жестокости. Распалённое страстью тело женщины – отражение музыки «стона-головокружения». Ребёнок, вынутый из плиты – желанный плод долгого «дымящего неутолимостью» акта любви. Героиня, подарив себя всю без остатка мужчине, с чувством выполненного долга удаляется в равнодушную неизвестность. А мужчина бережно уносит их прошлое в будущее.  
Справиться с Эком на пять с плюсом Марии Александровой помогает в первую очередь её великолепная координация и чувство ритма. Движения шеи и головы упрямо конкретны, ноги раскрываются как по маслу, стопы с энергичной лёгкостью способны двигаться «вне остального тела», руки сильны и свободны, а пластичные кисти добавляют танцу шарма.
Обречённо печальна в хореографической новелле «Плита» маленькая хрупкая Кристина Кретова. Её дуэт с героем Александра Смольяниновао «дыме без огня»  – о вымученных, старательно сделанных «страдательных» чувствах  – когда свои, как чужие, когда близость не спасает, а лишь вызывающе подчёркивает одиночество каждого, когда желание любви есть, а самой любви нет, и «каждый вздох мимо друг друга…»  Неожиданно обратил на себя внимание артист балета Александр Водопетов. Притягивала взгляд органика его существования на сцене. Стиль Эка оказался на удивление родным и удобным для его тела, разбудил его пластическую индивидуальность.  
Для Ивана Алексеева, взятого Сергеем Филиным в труппу в прошлом году и из современного репертуара успевшего попробовать на вкус только хореографию ЙормоЭло, встреча с Матсом Эком стала знаковой. После премьеры танцовщик признался что Эк открыл в нём любовь к современному танцу в принципе, что ему было нелегко в процессе репетиций, но конечный результат дал ему веру в себя, иной интерес к своей профессии и желание идти дальше по новому для себя пути.
С увлечённостью «учёного-первооткрывателя» запер все свои мысли и чувства в «Квартире» Матса Эка Денис Медведев. Он не столько показывал некий результат на сцене, но жил моментом, продолжал искать… и увлекал зрителей своей независимостью, незаинтересованностью в их внимании.
Заметным персонажем «Квартиры» стала Юлия Лунькина –  танцовщица, обладающая «земной энергией», отличной координацией и компактным телом с длинными сильными руками. Она разговаривает на языке Эка идеально и создаёт пластический образ насмешливой харизматично-мужеподобной девушки-вамп: небрежно-уверенно отталкивает от себя более неугодного ей мужчину и с наглым спокойствием удаляется, не оборачиваясь.  
Матс Эк умеет «ловить кайф» от «человеческого сумашествия». Неизбежность каждого одиночества в «Квартире Мира» воспринимается им с каким-то смелым светлым оптимизмом: «Смешные мы чудаки!»  Эта очищающая мысль особенно ярко прочитывается в новелле «Пылесосы». Разноцветные девчонки таскающие за собой пылесосы, как мышей, танцуют с небывалым драйвом! А исполнительницы первого состава (Мария Александрова, Анна Балукова, Диана Вишнёва, Юлия Лунькина, Анна Ребецкая) вносят в танец ещё и нотки эротики «между делом», проводя по самым жарким точкам своего тела с невозмутимостью будто удивляющей их самих.
Матс Эк  говорит нам, что знает нас со всеми нашими недостатками, и узнав, не разочаровался, а уверился в том, что мы сможем жить счастливо, великодушно взглянув на несовершенство мира и смирившись с тем, что мечта создана для мечтыи никогда не сбывается в полной мере и сразу.
Пунктиром сквозь спектакль проходит мысль-чувство: «Возлюбив друг друга – спасём друг друга». В финале балета к замершему на авансцене безнадёжно уставшему человеку кидается в беззаветном порыве другой, для того, чтобы спасти его от опускающегося занавеса  – сцепившись в объятьях, комом любви они возвращаются в пространство «квартиры», символизируя мечту о единстве двоих, восстающую против Финала Жизни…
Идея художественного руководителя балетной труппы Сергея Филина открыть русским зрителям «русского» Матса Эка оказалась «обречённой» на громкий успех.
Матс Эк довёл зал до катарсиса. Поклоны по завершении премьерных спектаклей украшали счастливые лица артистов, познавших новых себя. Очень не хватало только одного счастливого Лица, одного Настоящего Героя Большой Премьеры – Сергея Филина. Благодарные обитатели «Квартиры» с нетерпением ждут его возвращения.